ОАНО ВО
«Международная академия
авиации и космонавтики»

Как Международная космическая станция разрослась до размеров футбольного поля и стала самым дорогим рукотворным объектом в истории.

Опубликовано: 28.02.2020 в 19:42

Разговоры о создании международной орбитальной станции ходили ещё в середине 1980-х. Президент США Рональд Рейган анонсировал проект Freedom («Свобода»), который должен был стать ответом на советскую станцию «Мир». Предполагалось, что в программе NASA примут участие Канада, Япония и Европейское космическое агентство (ESA). Но американская разработка оказалась слишком дорогостоящей.

Тем временем после распада Советского Союза стали налаживаться отношения между Россией и США. В 1993 году Москва сама предложила Вашингтону построить совместную орбитальную станцию. Значительное число американских политиков выступило против подобной идеи. Однако Палата представителей Конгресса с перевесом в один голос всё-таки поддержала строительство станции. И в конце 1993 года две страны подписали соглашение о её создании.

 

Американский сегмент МКС — Unity («Единство») — по сути стал незначительно доработанной версией Freedom. А российская часть — «Заря» — родилась из нереализованного проекта «Мир-2», который должен был заменить советскую станцию. Несколько лет понадобилось на то, чтобы окончательно договориться, как будет функционировать МКС. Наконец в 1998 году первые два её модуля были выведены на орбиту. Но «заселения» пришлось ждать ещё два года.

 

 

В ноябре 2000 года станция стала обитаемой. Первая экспедиция пробыла на МКС четыре с половиной месяца. Всё это время члены экипажа — Сергей Крикалёв, Уильям Шеперд и Юрий Гидзенко — готовили «плацдарм» для будущих миссий: настраивали оборудование, подключали солнечные батареи и занимались пристыковкой модуля Destiny («Судьба») — первой научной лаборатории МКС.

В феврале 2003 года потерпел крушение шаттл «Колумбия», возвращавшийся на Землю после работы на станции. Эта катастрофа на несколько лет кардинально изменила работу МКС. NASA временно приостановило полёты своих шаттлов, и для транспортировки использовались только российские ракеты «Союз». Экипажи станции сократились с трёх до двух человек — свободное место было отведено под грузы. Сокращение экипажей также помогало экономить воду и продукты в условиях резкого уменьшения числа запусков.

Постепенно работа вернулась в прежнее русло. В 2006–2007 годах МКС фактически приняла свои нынешние размеры. Космонавты пристыковали энергетический модуль, на котором были развёрнуты более крупные солнечные батареи. Помимо масштабов выросли и мощности станции. А вместе с этим — возможности для научной работы в космосе.

Спустя десять лет после создания МКС к американскому и российскому оборудованию на станции прибавилось европейское. Первым серьёзным проектом Европейского космического агентства на МКС стала лаборатория Columbus («Колумб»), задуманная ещё в середине 1990-х. Главным инструментом и одновременно объектом изучения этого модуля стали атомные часы. С одной стороны, они использовались для более точной работы самой МКС. С другой — учёные хотели увидеть, как изменяется физика атомов в условиях космоса.

Немного позднее МКС дополнилась японской лабораторией Kibo («Надежда»), которая стала самым большим рабочим модулем на станции и по-прежнему таковым остаётся. Длина модуля — больше 11 метров при массе почти 15 тонн.

До 2011 года МКС активно расширялась, но перспективы работы станции были довольно туманны. В июле 2009 года NASA заявило о том, что через семь лет американская сторона может выйти из проекта. Роскосмос также сомневался в целесообразности продолжения работ на станции. Однако в апреле 2011-го страны — участницы МКС договорились о продлении программы как минимум до 2020 года. И станция получила ещё одну надежду.

Несмотря на то что изначально МКС была на 100% межгосударственным проектом, постепенное смещение в сторону частных интересов было неминуемым. В первую очередь из-за убыточности станции. По разным данным, за время существования МКС в неё было вложено более $100 млрд, что сделало её самым дорогим рукотворным объектом в истории.

Ещё в конце 1990-х, чтобы «отбивать» хотя бы часть денег от пилотируемых миссий, начал активно развиваться космический туризм. В 2001 году на борту МКС побывал Деннис Тито, заплативший за своё путешествие $20 млн. Вслед за ним станцию посетили ещё шесть туристов. Но создание оборудования и тем более собственных космических аппаратов долгое время оставалось монополией госкорпораций.

Появление таких компаний, как SpaceX, Blue Origin и Orbital Sciences Corporation, сильно ускорило развитие негосударственной космонавтики. В мае 2012 года к МКС отправился первый частный космический грузовой корабль — Dragon от SpaceX. А спустя четыре года к станции пристыковался модуль BEAM, созданный компанией Bigelow Aerospace.

В январе 2019 года на МКС должна появиться ещё одна лаборатория. Модуль «Наука», созданный Роскосмосом совместно с Европейским космическим агентством, будет на два метра длиннее Kibo. Ключевым инструментом на новом аппарате станет робот-манипулятор ERA. Он будет использоваться для обслуживания российского сегмента. Благодаря манипулятору космонавты смогут переносить оборудование и материалы из герметичной части станции на поверхность и обратно без необходимости выхода в открытый космос.

Вместе с «Наукой» будут запущены узловой модуль «Причал» и Научно-энергетический модуль. В будущем именно они могут стать основой Национальной орбитальной космической станции, которую российская сторона планирует создать в случае выхода из программы МКС. При этом американский сегмент и остальные модули предполагается в 2024 году затопить в Тихом океане.

Однако помимо подобного сценария существуют и возможности продления программы МКС до 2028 года или передачи станции частникам — с последней инициативой выступил президент США Дональд Трамп. И некоторые компании готовы «спасти» МКС. Так или иначе, страны — участницы программы ещё не приняли какого-то однозначного решения. Поэтому вопрос дальнейшего существования станции остаётся открытым.